Если ваш ребенок стал «новеньким»
5 хитростей в подготовке к школе
Снова первый раз в первый класс
5 правил идеального рюкзака
Тутта Ларсен. Фото: материалы пресс-служб.

Тутта Ларсен: «Раньше я думала, что дети — это конец жизни»

Телеведущая признается, чувствует себя будущей мамой двух новорожденных: она ждет появления на свет третьего ребенка, а еще запускает собственное интернет-телевидение.

Виталий Бродзкий
23 июня 2015 20:47
7120
0

В этом году телеведущая, как она сама признается, чувствует себя будущей мамой двух новорожденных. В конце июня она ждет появления своего третьего ребенка, а сейчас Тутта запускает собственное интернет-телевидение. WomanHit получил комментарии из первых рук.

— Таня, долгое время ты не хотела детей, а уже скоро родишь третьего…
— Раньше я думала, что дети — это конец жизни.

— Почему?
— Мой папа вообще хотел мальчика. С детства я гоняла на великах, ныряла с вышки, лазила по деревьям. Установки в воспитании были такие: хорошо учиться, закончить школу с золотой медалью, поступить в вуз, приобрести профессию, реализоваться. Но ту часть моего женского естества, в котором воспитывалась бы жена и мать, особо не развивали, и сама по себе она тоже не развивалась. Я никогда не думала о том, что этому нужно учиться. Поэтому мне казалось, что как только у меня появится свой ребенок, то моя жизнь закончится вообще! Сейчас я очень жалею: начни я рожать раньше, у меня сейчас было бы намного больше детей. Быть многодетной матерью — высшая радость.

— У нас бытует мнение, что после тридцати рожать поздно, врачи называют этих женщин старородящими…
— Нужно искать правильных врачей! Я буду рожать в сорок один. Беременность — это самое естественное состояние для женщины, как дышать, спать, кушать. Женщина для этого создана. У нее есть все, чтобы выносить и родить здорового ребенка.

— Не боялась, когда рожала в первый раз?
— С Лукой было все немного сложнее. Когда он родился, на меня обрушилось такое огромное количество любви и страха за него. Я два месяца пребывала в истерике, не знала, что мне делать, как его защитить от агрессивного мира? Меня эта любовь чуть не задушила.

— Поэтому перед рождением Марфы ты посещала курсы для мам?
— Да, они очень помогают. Мы ходили на курсы вместе с моим мужем Валерой. Мы и сейчас посещали, но не весь курс, а только то, что связано с моментом родов. А в первый раз прошли полный, начиная с рациона и гимнастики, заканчивая уходом за малышом в первые месяцы жизни. Валера сказал, что хочет присутствовать на родах. Тогда я подумала, что мы должны пойти на занятия, где он услышит и увидит, как все происходит. Если после этого включит заднюю скорость, я не обижусь. Ведь для мужчины это опыт, мягко говоря, экстремальный, если не сказать травматичный. Но Валера все прошел и заднюю не включил.

— Медийные девушки очень беспокоятся по поводу испорченной фигуры. У тебя были такие страхи?
— Я не из тех женщин, которые снимаются в журналах, ходят по подиуму и страдают по поводу каждого синячка на своей коленке. Я никогда не работала телом. Поэтому мне не так страшно было видеть на себе какие-то растяжки, целлюлит. Волноваться, что мой живот не так упруг, как прежде? Нет! Это, рано или поздно, все равно с тобой произойдет. Самое страшное на свете — это стареющая красавица. Марлен Дитрих, хотя у нее было все: и талант, и харизма, и возможности, — заперлась в доме, сидела не выходя, выгнала всех, потому что она не могла появиться на людях старухой. В этом случае опыт Брижит Бардо мне гораздо ближе. Я не знаю, получится ли у меня стареть красиво, но я понимаю, что это процесс неизбежный и нужно быть благодарным за то, что ты вообще живешь долгую жизнь.

Тутта Ларсен вместе с мужем Валерием и детьми Лукой и Марфой. Фото: материалы пресс-служб.
Тутта Ларсен вместе с мужем Валерием и детьми Лукой и Марфой. Фото: материалы пресс-служб.

— Тебя крестили в детстве?
— В девять лет.

— Ты ходишь в церковь с мужем и детьми?
— Мы православная семья. Каждое воскресенье в храме на литургии. Стараемся держать посты, причащать детей.

— Как сами дети воспринимают храм?
— А ты знаешь, мы их особо ни к чему не принуждаем. Мы ходим, они ходят с нами. С момента зачатия. Для них это дом! У нас Марфуня, например, лет до двух была пугливым ребенком. Когда приходили гости, она пряталась за нами, выглядывала. Но в храме ее невозможно было поймать. Могла подойти к любому, сесть рядом на скамеечку, забраться на руки. Наверное, когда они станут подростками, у них возникнет какой-то протест, и они начнут искать собственное отношение с Богом. Но я уверена, что тот стерженек, который заложен с рождения в семье, поможет им просто устоять, не сломаться и не сорваться.

— Сейчас ты как-то пытаешься объяснить детям, что у них скоро появится братик или сестренка?
— Мы за новогодним столом это объявили. Они это восприняли как подарок. Дети, которые ходят в храм, впитывают традиционные семейные ценности, которые транслируются в православной среде. Знают, что многодетность — это радость, это счастье, это божье благословение. Поэтому они меня спрашивали, а почему у нас так мало детей в семье? У нашего семейного духовника, отца Александра, ему еще и сорока нет, сейчас матушка носит шестого ребенка. И когда мы объявили нашим, что ждем малыша, они очень радовались. Дети трогают живот, чувствуют, как там пинается малыш.

— С кем дети проводят больше времени?
— С папой. Из-за кризиса работы у него стало меньше. Зато появилось время на общение с детьми. Результат, например, такой — Лука впервые за все три класса в школе стал круглым отличником, потому что Валера стал делать с ним домашние задания. У меня на это не хватает ни терпения, ни сил. Я психую.

— Многих смущает ситуация, когда муж с детьми, а жена работает?
— Во-первых, он тоже работает. А во-вторых, для меня количество денег, которые мужчина приносит в дом, никогда не было эквивалентом его мужественности. Мужик — это хозяин в доме. Человек, который управляет домом, семьей. В этом смысле Валера стопроцентный мужик. Мы все его любим и ценим, уважаем.

— У твоих детей необычные имена, как они появились?
— У нас все имена придуманы были заранее. То, что сына назову Лукой, я знала последние пять лет до его рождения. Я хотела назвать его в честь моего деда. Он давно умер. А когда я воцерковилась, то узнала о существовании святителя Луки Симферопольского. Этот святой мощно вошел в мою жизнь, как раз на последних неделях беременности. Это было удивительно. Его покровительство все время ощущается. А Марфа мне приснилась, когда я носила Луку. И вопросов не было вообще. Потом оказалось, что у Валеры прабабка Марфа. Прожила девяносто с лишним лет, родила и вырастила десятерых детей.

— А что происходит еще с одним твоим малышом — новым ТВ-проектом?
— Я задумала вначале некий видеоблог в Интернете о материнстве и детстве. Но мои коллеги и соратники сказали мне: «Какой видеоблог, Ларсен, это не твой масштаб. Мы будем делать телевидение!» В результате собралась классная команда, и мы создали субъективное телевидение. И хотим рассказывать на этом канале о том, что нас волнует здесь и сейчас. Поскольку в настоящее время я в положении, то первую программу мы посвятили беременности и родам.