Блейк Лайвли родила первенца!
Эдвард Нортон женился
Крис Браун отказался от Рианны
Диджей Грув завел седьмого питомца

Семейный подряд

Мы уже привыкли к слухам о громких скандалах звезд и об их разводах

Виталий Бродзкий
26 сентября 2008 17:24
1868
0

Но трудно было представить, что в этом многочисленном списке когда-нибудь сможет оказаться самая известная телесемья — Татьяна Лазарева и Михаил Шац. Все лето бульварная пресса смаковала подробности их вроде как непримиримых размолвок. Сами супруги ограничивались скупыми комментариями: мол, не верьте слухам, не вдаваясь, собственно, в детали. Только журналу «Атмосфера» Татьяна ЛАЗАРЕВА и Михаил ШАЦ решили откровенно рассказать, что же происходит в их семье.

Но трудно было представить, что в этом многочисленном списке когда-нибудь сможет оказаться самая известная телесемья — Татьяна Лазарева и Михаил Шац. Все лето бульварная пресса смаковала подробности их вроде как непримиримых размолвок. Сами супруги ограничивались скупыми комментариями: мол, не верьте слухам, не вдаваясь, собственно, в детали. Только журналу «Атмосфера» Татьяна ЛАЗАРЕВА и Михаил ШАЦ решили откровенно рассказать, что же происходит в их семье.

Самое удивительное в этой ситуации, что слухи о якобы возникших проблемах супругов появились в тот самый момент, когда Татьяна Лазарева, Михаил Шац и их трое детей мирно отдыхали на морском курорте. Тут-то семейство и начали доставать телефонными звонками из различных изданий и информационных агентств с просьбами прокомментировать новость о расставании.

Михаил ШАЦ: «Эти звонки раздавались регулярно, а мы никак не могли понять: в чем дело, с чего вдруг пошли все эти слухи? Но потом выяснили, что „поучаствовал“ Александр Пушной. Он молодой и энергичный парень, поэтому если ему позвонили из какого-нибудь издания и задали вопросы, он старательно ответит на все».

Татьяна ЛАЗАРЕВА: «Тем более когда журналисты одной бульварной газеты представляются сотрудниками серьезного психологического журнала. Вот что неприятно».

Михаил: «Но он же этого не знал. Типичная бульварная газета. Поэтому и методы такие. Они спрашивают: «Александр, а вы видели, как ругаются Татьяна и Михаил?» Пушной честно отвечает: «Да, я видел, как ругаются Татьяна и Михаил. Но я видел, как они и не ругаются». Так вот, вторая часть фразы вырезается. Остается, что Татьяна и Михаил ругаются. И появляется заголовок: «Пушной — свидетель страшных скандалов».

Но вы же, наверное, ругаетесь по рабочим моментам?

Михаил: «По-всякому случается». (Смеется.)

Тогда признайтесь: ревность друг к другу как к творческим единицам у вас возникает?

Татьяна: «Присутствует только моя ревность к Михаилу, потому что это он ведет сольный проект». (Улыбается.)

Михаил: «Ты тоже участвовала в сольных проектах, например „Танцы со звездами“, и в фильме снялась».

Татьяна: «А еще я вела передачу на канале «Домашний»…

Михаил: «…которая абсолютно не вызывала у меня ревности».

Татьяна: «А-а-а! Значит, танцы и фильм все же вызывали! Выяснили экспериментальным путем».

На ваш взгляд, где проходит черта между личностными и профессиональными отношениями, которую нельзя переступать? Типа: я муж, мое слово закон!

Михаил: «У нас нет такой черты, нет таких ролевых игр. В этом смысле мы обмениваемся мнениями, причем мнениями честными. И поверьте, разговоры и анализ каждого из нас как профессионала бывают довольно резкими. Так что в откровенности у нас границ нет. Но это никогда не переходит в зависть».

Татьяна: «Мы рассматриваем друг друга как пару, как тандем. И если кто-то из нас идет на сторону (смеется), то все равно сначала обсуждается, нужно ли это нашему основному целому».

А как вашему основному целому удается избавиться от ощущения замкнутого круга? Ведь вы уже давно на телеэкране и работаете в одном и том же жанре…

Татьяна: «Да-а-а, захочешь — не соврешь: в профессии мы уже давно».

Михаил: «На самом деле это ощущение замкнутого круга возникает не сразу. У нас что-то новое происходит раз в пять лет. Получается, что на второй-третий сезон, когда делаешь одну и ту же программу, лично у нас возникает какая-то усталость от нее. Она надоедает, кажется несвежей. Но в чем нам повезло, так это в том, что подобное ощущение несвежести возникает у нас…»

Татьяна: «…у первых!»

Михаил: «Да, раньше, чем у зрителя. И это нас, может быть, спасает от ошибок, которых не удается избежать другим нашим коллегам. Так вот, раз в три года возникает потребность что-то поменять. Как раз сейчас у нас такая потребность есть. Мы понимаем, что уже надо делать что-то другое, но пока не поняли, что же именно».

Татьяна: «А для этого, я считаю, нужно отдохнуть, уйти на полгодика…»

Михаил: «…в декретный отпуск».

Татьяна: «Нет, я никогда не уходила в декретный отпуск!»

Михаил: «У нас три ребенка. И появление каждого из них — это выход из творческого кризиса». (Смеется.)

Татьяна: «Неправда! Михаил просто очень боится уходить с экрана. Он считает, что если ты уходишь из телевизора, тебя сразу все забывают, а на твое место моментально приходят молодые и талантливые».

Михаил: «Я не боюсь молодых и талантливых».

Татьяна: «Да их и нет, к сожалению».

Михаил: «Неправда, они есть. Просто опыт показывает, что уйти с экрана гораздо проще, чем попасть туда снова».


Детский вопрос
Сейчас у вас начался новый сезон. Чем собираетесь удивить своего зрителя?

Михаил: «На данный момент мы пока живем старым багажом. У нас есть программа „Хорошие шутки“, которая точно будет выходить до Нового года, потому что подписан контракт. Есть программа „Слава богу, ты пришел“, которая требует определенных новшеств, дизайна, тюнинга, но в целом она нормальная. Правда, не хотелось, чтобы она выходила каждый день. Мне кажется, это штучный товар, история, которую надо делать раз в год. Тогда это будет более интересно».

Татьяна: «Раз в год?»

Михаил: «Да, раз в телевизионный год. Это же разные вещи — календарный год и телевизионный». (Смеется.)

Чувствуете усталость?

Михаил: «Слава богу, в нашей работе присутствует творческий момент. И мы, приходя на съемочную площадку, концерт, заряжаемся от людей, которых видим. С каменными лицами мы пока ничего не делаем. (Смеется.) А что касается усталости от людей, она, несомненно, существует. Например, после каникул, еще не вернувшись в Москву, я жду начала нового сезона с удовольствием. Но как только приезжаю в столицу, это чувство пропадает. Пропадает ощущение праздника».

Татьяна: «Ты обречен!» (Смеется.)

Михаил: «А если конкретно ответить на вопрос, без дополнительного дизайна, то усталость есть».

Наверное, и постоянно подшучивать над гостями передачи утомились?

Татьяна: «Как же можно от этого устать?»

Михаил: «Просто у нас есть чувство юмора».

Татьяна: «Это чувство присутствует у нас по жизни. К сожалению, наши дети от этого страдают даже больше, чем гости передачи. Ведь мы ко всему подходим очень иронично. А дети хотят на серьезные вопросы получать серьезные ответы. Мы же по привычке начинаем их подкалывать. Зачастую для детей это болезненно. Но ничего не поделаешь, так мы относимся к жизни. С иронией. Как мне кажется, это лучше, чем относиться к ней серьезно».

А вашим детям передалось чувство юмора?

Татьяна: «Разумеется. Представляю себе, Михаил пошутит, а дети удивятся: „Чего он сказал? А что это значит?“ (Смеется.) Это генетически передается. Они у нас все понимают. Смеются над теми же шутками, что и мы. Если эти шутки понятные».

Михаил: «Да, они смеются. А потом спрашивают: «А что это значит?»

Татьяна: «Они ржут, вроде как им смешно, а потом уточняют, почему им смешно. А мы объясняем». (Смеется.)

Обязанности в доме у вас как-то распределены?

Татьяна: «Да их, слава богу, не так много в наше время и с нашими возможностями. Мы даже не могли придумать обязанности детям, которые они должны выполнять, как то: выносить мусорное ведро, кровать застилать».

В учебных заведениях к вашим детям проявляется повышенное внимание?

Татьяна: «Нам сложно судить, мы же не присутствуем там. Но, судя по каким-то отголоскам, учителя знают, кто мы».

Известные родители — это плюс или минус?

Татьяна: «Я лично считаю, что это минус. Отвлекающий фактор».

Михаил: «У нас же не было известных родителей. Поэтому я не знаю, плюс это или минус».

А где, кем видите своих детей?

Татьяна: «Еще рано говорить об этом. Сейчас разобраться бы с их интересами, потому что возможностей — огромное количество. Допустим, Соня сейчас определилась: ей нравятся танцы и лошади, но это не значит, что мы с ней будем заниматься танцами на лошадях. А что они точно пойдут учиться в МГИМО — такого у нас нет. Я даже допускаю такую мысль, что кое-кто из детей (и я даже знаю кто!) вообще обойдется без высшего образования. И зачем оно нужно? У меня, например, нет высшего образования, а у Михаила есть, и он много работает. Ну было бы у меня образование дирижера эстрадно-духового оркестра, и что?»

Табу на профессии у детей какое-нибудь есть?

Татьяна: «Проституция, скажу сразу! Еще казино сейчас очень опасная тема. (Смеется.) Степан у нас, после того как посмотрел кино про махинации, сейчас узкоспециально заинтересовался игрой «Блек Джек». А так табу никаких нет.

Вообще сейчас совсем другое поколение. Если мы в шестнадцать лет не понимали, куда и чего, хотя нас всех прицельно готовили для обязательного поступления в высшие учебные заведения, то сейчас для детей — полный простор, выбирай, что хочешь".

Михаил: «Потому что в наше время и было-то всего вариантов десять профессий. Я так вообще сразу на врача пошел, чтобы не выбирать».

Дети будут учиться в стране или за рубежом?

Михаил: «Мне кажется, что отношение к заграничному образованию как к элементу сладкой жизни совершенно неправильное. Мол, будешь хорошо учиться, поедешь в Англию. Я не исключаю такую возможность для всех наших детей, но это не значит, что так должно обязательно случиться. Это не элемент имиджа, ни в коем случае».


Штрафной удар
В телевизионных кругах ходят байки о том, как Михаил, страстный поклонник футбола, перед каждыми родами «назначал» вам, Татьяна, приемлемую дату: мол, в остальные дни сплошь матчи, матчи, матчи… Это тоже проявление чувства юмора?

Татьяна: «Футбол, роды и юмор — это разные вещи. И никакого юмора там не было».

Михаил: «Просто так совпало».

Татьяна: «Но смешного было мало, когда ты до последней минуты сидел у анестезиолога и смотрел футбол, а я там корячилась. Может быть, кому-то это и смешно, но не мне. Или когда в другой раз ты поехал смотреть футбол, а я опять же корчилась в квартире в одиночку».

Михаил: «Но все же закончилось правильно? Я вернулся с футбола…»

Татьяна: «…вовремя, успел подхватить». (Смеется.)

Михаил: «И с анестезиологом договорился, и все было хорошо. Просто так получилось, что футбол шел фоном».

Татьяна: «Футбол у нас идет фоном по жизни: сложно родить и не попасть в какие-то футбольные финалы».

Михаил, а вы действительно просили Татьяну о сроках?

Михаил: «Ну был у нас разговор. Она сама задала этот вопрос: „В какие числа ты бы не хотел, чтобы я рожала?“ Я назвал три числа, она родила в первое же из названных».

Татьяна: «Не ври! Ты не три назвал. Ты мне дал всего два свободных дня!» (Смеется.)

Слышал, что вы хотели назвать ребенка Цилей — в честь футболиста Ильи Цымбаларя. Почему отказались?

Михаил: «Циля — ну это уж слишком, я думаю».

Татьяна: «Где сейчас этот Цымбаларь? А девочка бы мучилась».

Михаил: «Хотя имя Циля — очень красивое».

Татьяна: «Михаил отягощен еврейским вопросом».

Михаил: «Я совсем не отягощен еврейским вопросом».

Татьяна: «Я предлагала назвать ее Сарой».

Михаил: «Сара — да, красивое имя».

Татьяна: «Но Соня у нас, с другой стороны, никакая не Сара».

Михаил: «Да, Соня, конечно, не Сара. Но я считаю, все у нас идет отлично, мы очень удачно подобрали имена для своих детей».

Михаил, судя по вышесказанному, вы являетесь активным футбольным болельщиком…

Михаил: «Да, конечно. Хожу на стадион».

Татьяна: «Случаются поездки за любимой командой в разные города. В основном, конечно, он предпочитает европейские населенные пункты. В Челябинск и в Магнитогорск он не ездит». (Смеется.)

Михаил: «Не надо понимать буквально, что я на каждый выездной матч еду за командой. Нет. Просто я стараюсь, если это возможно, что-то посмотреть, не пропустить. А если спортсмены еще и в Европе играют, то просто идеально!»

А когда вы, Татьяна, узнали, что Михаил настолько сильно заинтересован футболом?

Татьяна: «К сожалению, позже, чем вышла за него замуж. Да и он стал со временем больше интересоваться футболом. Раньше это проявлялось в меньшей степени». (Смеется.)

Михаил: «Раньше не было возможности ездить в Европу за любимой командой. К тому же Татьяна все-таки всегда прекрасно знала, что я люблю футбол, сама снималась в нашей передаче „Назло рекордам“, посвященной в основном этому виду спорта».

Татьяна: «Да, но тогда я не думала, что это примет такие тяжелые формы. (Смеется.) Ладно хоть не пьет! Не бьет!»

Но на матчи-то вы с мужем выезжаете?

Татьяна: «Если я и еду куда, то вряд ли иду на футбол».

Михаил: «Мне обидно за того человека, который мог бы поехать со мной в Европу и сходить на футбол».

Татьяна: «У них там столько предрассудков! Например, если ты пришел на первый тайм, то должен сидеть до конца. Даже если второй не понравился, нельзя уйти: вдруг нарушишь какое-то космическое равновесие! Если, не дай бог, уйдешь, а они начнут проигрывать, то все, тебе конец. (Смеется.) Поэтому лучше вообще не ходить. Вон, тетя Таня Буланова ходит на все матчи — и хватит с вас!»

Михаил: «Тетя Таня Буланова и то не на все матчи ходит. А у нее уж вообще ситуация похуже, чем у тебя».


К вопросу о комиках


Вы, столько лет проработавшие на ниве телеюмора, считаете себя классическими комиками?

Татьяна: «Я не очень понимаю это понятие — „комики“. Вот Мистер Бин — он классический комик? Наверное. Но как он, я не умею себя вести».

Михаил: «Он комический актер».

Татьяна: «А кто у нас комики — не актеры? Семен Альтов?»

Михаил: «Например, Павел Воля, он тоже комик».

Татьяна: «Комик?»

Михаил: «Да, стендап-комик. Или вот Гарик Мартиросян. Он тоже комик? Тогда и мы комики!» (Смеется.)

Татьяна: «Так и запишите! Если Гарик Мартиросян комик, значит, и я комик!»

А чувство стеснения вам знакомо?

Татьяна: «Мне знакомо».

Михаил: «И мне тоже».

И когда оно возникает у вас?

Татьяна: «Обычно перед незнакомыми людьми».

Михаил: «А бывает, что просто неловко за глупость других людей».

Татьяна: «Мы же не говорим, что мы оба какие-то идеальные люди, что не делаем ошибок. Бывает, ведем себя не так, как хотелось бы. Вот за это потом и испытываешь неловкость. А стеснение — оно везде и всюду».

Бытует мнение, что через десять лет совместной жизни наступает кризис. Как вы считаете, что нужно делать, чтобы жить в согласии?

Михаил: «Надо обратиться к доктору Курпатову».

Татьяна: «Да ничего не надо делать. Просто ждать того момента, когда оба супруга превратятся в старичков, которые будут гулять под ручку где-нибудь на Капри».


ТЕЛЕ-ТЕЛЕ-ТЕСТО!

Надо сказать, что Татьяна Лазарева и Михаил Шац — мало того что люди приятные, так еще и пара уникальная. Столько лет работать вместе не только под прицелом телекамер, но и под пристальным вниманием широкой публики — это великий талант!

До недавнего времени с ними могли конкурировать только супруги Екатерина и Александр Стриженовы, которые много лет подряд выходили в эфир в рамках утренней программы на Первом канале. Правда, как и в случае с супругами Лазарева-Шац, Стриженовым бульварная пресса никак не давала покоя: примерно раз в полгода их старательно и со смаком «ссорили» и «разводили».

А вот другая семейная телепара — Валентина и Алексей Пимановы — напротив, умудрилась не стать прицелом для многочисленных сплетней. Возможно, журналисты опасаются, ведь у Алексея имидж человека жесткого, да и передачу он ведет не самую легкомысленную. «Человек и закон» — это вам не «Хорошие шутки»! Кстати, в свое время и будущая супруга, увидев впервые Алексея, постаралась держать дистанцию. Аспирантка журфака МГУ, Валентина столкнулась с Пимановым по работе. И тут же сделала для себя однозначный вывод: «Самодовольный павлин». Лишь спустя три месяца после знакомства, когда они вместе оказались в командировке, Валентина вдруг обнаружила, что Алексей вовсе не «павлин» и не такой уж жесткий, каковым кажется на первый взгляд. В общем, производственный роман закончился походом в загс, а Валентина стала подчиненной своего мужа.

В советские времена, кстати, такой ход не прошел бы. И тандемы вроде Лазарева-Шац или тех же Стриженовых на телеэкранах долго не задержались бы. Потому что в застойные годы с семейственностью на телевидении всерьез боролись. Именно поэтому супругам-коллегам приходилось порой скрывать свои родственные связи. Так, долгие годы прожили почти что в конспиративном браке известный телеведущий Владимир Ворошилов и редактор передачи «Что? Где? Когда?» Наталья Стеценко. Представляем, как возмутились бы советские чиновники, узнай они, что много позже на телевидение придет и сын телепары — Борис Крюк.

Впрочем, в подобной строгости на ТВ был свой резон. Тот же Владимир Ворошилов рассказывал, что иногда они с супругой очень бурно выясняли вопросы творческие. «Да, у меня бывали стычки с главным редактором программы — Стеценко. Она на меня с кулаками бросалась много раз. Это прекратилось, когда я заготовил большую карточку, написав на ней фразу: „В дикторской скандал! Срочно прошу камеру!“ Метод сработал».


Их не все знают в лицо

На самом деле на нашем телевидении сплошь и рядом работают супруги. Просто пары эти не такие известные, как те же Лазарева и Шац (точнее, народ просто не знает в лицо вторых половинок знаменитых телеведущих). Например, супруга Владимира Познера Екатерина Орлова возглавляет Школу телевизионного мастерства. Жена вечного рулевого КВН Александра Маслякова Светлана уже многие годы режиссирует телеверсию этой игры. Спутница Владимира Молчанова Консуэло Сегура постоянно работает в паре со своим известным мужем: она долгое время была шеф-редактором программы «Частная жизнь», выходящей на канале «Россия». А сам Владимир Кириллович, если кто запамятовал, был на программе одним из соведущих.

Верная спутница всех телепроектов Николая Сванидзе — его супруга Марина. Она и стилист, и сценарии пишет… В свое время, будучи телеведущим развлекательной передачи «Угол-шоу», Игорь Угольников зарегистрировал свой брак с режиссером этой же программы Аллой Воронцовой. Да и любимец публики Леонид Якубович встретил свою будущую жену Марину именно в коридорах «Останкино». Так что семейный подряд на телевидении был, есть и будет! Что бы там ни писала бульварная пресса.