Блейк Лайвли родила первенца!
Эдвард Нортон женился
Крис Браун отказался от Рианны
Диджей Грув завел седьмого питомца

Наполеон честолюбивых ароматов

Даже по нынешним временам то, что произошло в парижском магазине Grands Magasins du Lоuvre в 1904 году, воспринимается как смелый рекламный трюк.

1 февраля 2005 03:00
1237
0

Что же говорить о начале ХХ века, еще не знакомого с изощренными рекламными сюжетами. Некий мсье стал приставать к покупательницам, предлагая им флакон духов собственного изготовления. Те отмахивались от него как от сумасшедшего. Тогда незнакомец в припадке уязвленного самолюбия с размаху разбил флакон об пол, и магазин окутало облако восхитительного аромата. Дамы как пчелы слетелись на дивный запах, и духи La Rose Jacqueminot парфюмера-самозванца Франсуа Коти мгновенно были раскуплены.

Что же говорить о начале ХХ века, еще не знакомого с изощренными рекламными сюжетами.

Некий мсье стал приставать к покупательницам, предлагая им флакон духов собственного изготовления. Те отмахивались от него как от сумасшедшего. Тогда незнакомец в припадке уязвленного самолюбия с размаху разбил флакон об пол, и магазин окутало облако восхитительного аромата. Дамы как пчелы слетелись на дивный запах, и духи La Rose Jacqueminot парфюмера-самозванца Франсуа Коти мгновенно были раскуплены.


Первый миллион


Однако, как утверждают люди, хорошо знавшие Франсуа Коти, его отчаяние и приступ гнева в Grands Magasins du Louvre были заранее спланированной и продуманной акцией. Покупательницы, восхитившиеся ароматом, оказались актрисами, нанятыми Коти. Да и флаконов с духами, которые он якобы стал продавать, не было: в руках у парфюмера находился лишь пробник. Зато в тот же вечер к Коти поступило предложение ежедневно поставлять в магазин двенадцать флаконов новых духов, а затем заказы хлынули потоком. Этот финансовый успех дал Коти возможность переехать в небольшой дом на улице Rue de La Boettie, где ему удалось разместить магазин, демонстрационный зал, отдел упаковки и лабораторию.

Продажа La Rose Jacqueminot за первые два месяца принесла ему прибыль в миллион франков. Но Коти, честолюбие которого было фантастическим, не собирался останавливаться на достигнутом и вступил в жесткую конкурентную борьбу с парфюмерными монстрами своего времени. Один за другим он выпускал новые ароматы, а в 1905-м, год спустя после триумфального успеха La Rose Jacqueminot и основания своего Дома, представил два шедевра — L’Origan и Ambre Аntic. Кстати, супруга Жака Герлена не скрывала, что предпочитает творениям своего мужа духи, созданные его конкурентом Коти, а знаменитая французская писательница Колетт приходила в восторг от аромата Коти Jasmin de Corse.

Но сам парфюмер считал: это только начало и в скором времени весь мир будет лежать у его ног. У ног сироты, выросшего на Корсике, где божественные запахи сводили с ума не только юного Франсуа, но и другого великого корсиканца, покорившего мир, — императора Наполеона.




Благоухающий остров


Франсуа Спотурно родился 3 мая 1875 года в корсиканском городке Аяччо. Некоторые исследователи утверждают, что семейство Спотурно находилось в родстве с Изабеллой Бонапарт, двоюродной сестрой Наполеона. Звучит заманчиво, но скорее эти сведения — из области мифов, запущенных в ход самим Франсуа. Однако именно мифотворчество принесло ему в итоге удачу.

Мать Франсуа — Мари Коти умерла, когда сыну было четыре года. Спустя три года ушел из жизни ее супруг — Жан-Батист Спотурно. Заботы о семилетнем Франсуа Спотурно (псевдоним «Коти» появится много позже) взяла на себя его бабушка Анна-Мария.

Она отдала мальчика в школу. Он неплохо учился, а в свободное время скитался по острову, наслаждаясь ароматами сосен, мяты, чабреца, дикого жасмина. Правда, вскоре бабушка уже не могла оплачивать учебу. И это первое унижение Франсуа Коти не забыл до конца своих дней. Оно подогревало амбиции юноши, его жажду мщения и мечты о триумфе. И молодой Коти в поисках удачи отправился в Марсель.




Ленты, банты, кружева


Ни о каких кораблях, матросской жизни, дальних путешествиях и бескрайних океанских просторах Франсуа не помышлял. Его желания были довольно прозаичны.

Он устроился на работу в галантерейную лавку и вскоре стал великим знатоком не только по части того, как выгоднее продать шляпку, но и как распознать истинно изысканную даму. Не ту, что богато упакована, а ту, которая обладает внутренней, благородной элегантностью. Он узнал о женщинах все, но самое главное, постиг науку лести. Эти знания оказали будущему великому парфюмеру неоценимую услугу. Коти принадлежит знаменитое высказывание: «Дайте женщине самую лучшую композицию ароматов. Представьте аромат во флаконе, выполненном просто, но с безупречным вкусом, назначьте за это разумную цену, и возникнет бизнес, которого мир прежде не видел». Франсуа Коти сумел сделать свой грандиозный бизнес на женских слабостях.

А пока он был вынужден прервать свою работу в бутике и отправиться на военную службу. Своим умом и интеллигентностью юноша покорил командира Эммануэля Арена, сенатора Третьей республики, кстати, тоже корсиканца. В 1900 году Арен направил Франсуа в Париж, поручив ему обязанности своего секретаря.




Забавный эпизод


Благодаря покровительству Арена в Париже Франсуа посещал модные литературные салоны, светские и богемные вечеринки.

В том же девятисотом году во французской столице проходила Всемирная ярмарка, где была представлена и парфюмерная продукция таких уважаемых фирм, как Rigaud, Lubin, Houbigant, Guerlain. Коти самым пристальным образом изучал ароматы… И нашел их устаревшими. Он, который еще ничего не создал, был полон критического яда. Духи казались ему недостаточно утонченными, а флаконы — тусклыми, лишенными фантазии. В те времена флаконы и в самом деле не отличались изысканностью, напоминая стандартные аптечные бутылочки для микстур. И лишь яркая этикетка с изображением цветка или женской головки указывала, что это творение парфюмера, а не лекарство.

В том же году Коти познакомился со своей будущей женой и помощницей по бизнесу Ивонной ле Барон, работавшей модисткой, а еще с ним произошел один забавный случай, определивший его дальнейшую судьбу.

В гостях у фармацевта Раймона Гори Коти с интересом наблюдал, как его друг составлял одеколоны по собственной рецептуре. Однажды Франсуа попросил аптекаря дать ему понюхать очередную композицию. И вот — Раймон протягивает флакон, Франсуа нюхает и… корчит презрительную гримасу. Фармацевт, естественно, раздражен и предлагает Франсуа составить свой собственный аромат. Коти, который пока что совершенно не понимает, как делаются духи, действует исключительно по наитию и создает свое первое парфюмерное творение. Раймон вынужден признать, что композиция Франсуа намного лучше его одеколона. Правда, добавляет, что одной интуиции недостаточно, парфюмерия — это искусство, которому нужно учиться.




Город-сказка, город-мечта


И Коти отправился в столицу парфюмерной промышленности Франции — Грасс. Он поступил в компанию «Шири», где часами пропадал в лаборатории, тренируя свой нос, изучая формулы, составляя композиции и вдыхая утонченные ароматы Грасса.

В апреле улицы утопали в апельсиновых запахах, в мае свои ароматы дарили розы, в июле с утра и до глубокой ночи царил томный запах гардении, а в сентябре воздух был пропитан душистым жасмином.

Коти хотел знать о парфюмерии все, он смешивал ингредиенты, неутомимо искал гармоничные cочетания естественных и синтетических нот.

Вернувшись в Париж, Франсуа как одержимый работал в своей лаборатории над созданием оригинальных композиций, в то время как Ивонна шила изящные шелковые и кружевные мешочки для упаковки флаконов с духами.




Роскошь — на поток


Коти любил повторять, что вместе с духами дарит людям мечту, которая делает их богаче. Но что такое мечта без достойного оформления? Поэтому уже в самом начале карьеры парфюмер захотел заточить благоухающую жидкость в почетный плен роскошного флакона. И обратился за помощью в компанию Baccarat, создавшую строгие классические флаконы для La Rose Jacqueminot и L’Origan. Но подобная строгость не удовлетворила Коти. Он мечтал о восхитительных флаконах восемнадцатого века. Естественно, Франсуа понимал, что в массовое производство запустить эти шедевры не удастся, но он хотел «скопировать» их изысканность.

В 1908 году Коти открыл роскошный магазин на Вандомской площади, по соседству с салоном выдающегося художника по стеклу Рене Лалика. К нему-то Франсуа и обратился с идеей украсить флаконы стеклянными виньетками. Лалик с ходу категорически отверг подобное предложение: у него имелась куда более важная работа, чем изготовление лейблов к парфюмерным флаконам. Упрямый Коти убеждал Лалика, что только он в состоянии превратить обыкновенный стеклянный сосуд в произведение искусства. «Парфюм должен возбуждать не только нос, но и глаза», — уверял Коти.

И Лалик сдался. Он создал для Коти множество великолепных флаконов. Это и L’Effleurt — флакон с пробкой в виде плос-кого дерева и двух играющих нимф, это и Ambre Antique, где изображены силуэты женщин, задрапированных в тоги. А в создании флакона для духов Cyclamen «стеклянный король» впервые использовал матовое стекло в стиле модерн, украсив свой шедевр порхающими наядами со стрекозиными крылышками. Лалик создал обрамление и для последних духов Коти A Sauma, выпущенных в 1934-м, за год до смерти парфюмера.




Парфюм-Сити


Какие только новшества не предлагал Коти в погоне за прибылью. Одним из первых он создал целые серии продуктов с одинаковым ароматом — гели для душа, одеколоны и бальзамы для тела, а также маленькие флаконы духов по более низким ценам. Он выпустил компактную пудру, которая, по его словам, была призвана стать лучшей рекламой высокого качества его продукции.

И если в 1904 году духи La Rose Jacqueminot принесли ему первый миллион франков, то в последующие годы речь шла уже о многомиллионных прибылях. Коти стал одним из богатейших людей в мире.

Недалеко от Парижа он создал настоящую фабрику парфюмерии, которую амбициозно назвал «Парфюм-Сити». В этом мини-городе были свои улицы, авеню и перекрестки. В цехах и лабораториях трудились четыре тысячи служащих. Одни только стеклодувы производили на фабрике сто тысяч флаконов за день.

Но Франция оказалась слишком тесной для парфюмера, как это произошло в свое время и с Наполеоном. Коти мечтал о мировом владычестве. В 1910 году он открыл филиал в Москве, в 1912-м — в Лондоне, в 1913-м — в Нью-Йорке. В двадцатые годы вышел на рынки Италии, Швеции, Германии, Испании, затем — в Бразилию, Аргентину, Мексику. Но Коти и этого было недостаточно, он желал владеть всем миром. Поэтому в 1921 году за баснословную цену парфюмер купил газету «Фигаро», а также основал собственные издания — L’Ami du Peuple du Soir и L’Ami des Sports.




Бульон из мха


И все же смысл его жизни — духи. Коти мечтал об аромате, который войдет в историю как одно из совершеннейших творений двадцатого века. Хотел создать запах легкий и в то же время томительный, способный увлечь как женщину, так и мужчину. Универсальный парфюм, независимый от возраста, пола, цвета волос или кожи, свободный от модных направлений или изменчивости времени. Аромат такой силы и ангельского духа, что всякий, кто однажды вдохнет его, навсегда попадет в его сладкий плен.

И ему это удалось! В 1917 году появился Chypre — стильный, энергичный, нежный и чистый. Сначала аромат окутывает облаком жасмина, а потом явственно начинает звучать его главная мелодия, составленная из ванили, сандалового дерева, пачулей, ветивера, бергамота и фантастических ароматов дубового мха.

«Это настоящий бульон из мха», — сказал о Chypre Франсуа. Сам же аромат стал не только бестселлером, но и возглавил многочисленное семейство шипровых, введенных в моду с легкой руки Коти.




Женщины, замки и одиночество


Что касается внешнего облика Коти, то этот невысокого роста энергичный человек с коротко стриженными светло-рыжими волосами, которые он позже красил в светло-русый цвет, обладал мистической привлекательностью. Он словно насквозь видел своих собеседников. Особое впечатление производили его глаза: в то время как левый глаз находился в постоянном движении, правый казался подобным застывшему стеклу.

Его слава, деньги, энергия как магнит притягивали к нему женщин. И Коти отвечал им взаимностью, у него возникало много увлечений на стороне. Он просто коллекционировал женщин. Причем был к ним невероятно щедр.

Но что женщины по сравнению с другим его увлечением — коллекционированием замков и дворцов?! Его стремление к дворцовой роскоши можно сравнить лишь с той страстью, которую питал к замкам король Людвиг II Баварский.

Первое из своих владений — резиденцию в классическом стиле Chateau de Longchamp неподалеку от Булонского леса — Коти полностью перестроил согласно своим представлениям об элегантности и комфорте. В Париже он приобрел великолепный особняк на Avenue Raphael, где расположилась богатейшая коллекция картин и рисунков — Карпаччио, Фрагонар, Рейнольдс, Грез, Канталетто, Буше. Потом появились замок в Ницце и роскошная вилла в Биаррице, два дома на Корсике… Что и говорить: и впрямь король. Только ни в одном из своих владений он не чувствовал себя в безопасности, ему всюду чудились заговоры, предательства, наемные убийцы. Поэтому за каждой дверью скрывались охранники, сопровождавшие его и в публичных местах. Франсуа не любил фотографироваться и крайне редко появлялся на своей парфюмерной фабрике. Истинно королевское существование. Скорее императорское — ведь он владел почти всем миром, недаром его сравнивали с Бонапартом, называя Наполеоном честолюбивых ароматов.




* * *


Финансовый кризис конца двадцатых годов подкосил империю Франсуа Коти. Долги, развод, предательство… Напасти преследовали парфюмера одна за одной, и в результате он принял решение продать свой бизнес (после его смерти под маркой Coty выпущено более ста ароматов). Сам Коти не сожалел ни о потерянных деньгах, ни о дворцах и картинах. Он страдал лишь от того, что у него нет средств, чтобы создавать новые ароматы. Ведь парфюмерию он любил больше всего на свете.

Однажды кто-то из друзей сказал Коти: «В этой жизни у вас было все, о чем можно только мечтать». На что корсиканец заметил: «Нет, не все! Есть то, к чему я страстно стремился, но так и не смог осуществить — воссоздать аромат жимолости».