Блейк Лайвли родила первенца!
Эдвард Нортон женился
Крис Браун отказался от Рианны
Диджей Грув завел седьмого питомца

Жизнь после жизни

Год назад жизнь Юли Бачинской была похожа на сказку: дружная семья, любовь как в кино и только что появившаяся на свет долгожданная дочка Лиза.

30 ноября 2008 03:00
2795
1

А потом в автокатастрофе погиб ее муж, известный теле- и радиоведущий Геннадий Бачинский. И жизнь разделилась на «до» и «после».

А потом в автокатастрофе погиб ее муж, известный теле- и радиоведущий Геннадий Бачинский. И жизнь разделилась на «до» и «после». О том, как складывается жизнь без Гены, что помогло пережить эту трагедию и кому теперь помогает она сама, Юлия БАЧИНСКАЯ рассказала Елене АКИМОВОЙ.

Я очень долго думала, как начать этот текст. Сочиняла кучу вариантов, потом представляла, что это будет читать Юля, тут же перечеркивала написанное и принималась придумывать новое. А потом на помощь мне пришел сам Геннадий Бачинский. Голоса, потусторонние миры и вещие сны оставим желтым изданиям, у меня, разумеется, ничего подобного не было. Просто за день до сдачи номера в печать от Юли пришло письмо: «Леночка, у меня есть чудесная история, как Гена Лизе подарок на годик заказал еще в прошлом декабре и вот только сейчас мы его получили». С этой светлой и действительно по-новогоднему чудесной истории я и решила начать рассказ.


ПРОЛОГ

В конце октября Елизавете Бачинской исполнился год. И среди кучи подарков от друзей и родственников были санки, то есть даже не санки, а настоящие сани ручной работы, оранжевые, с кожаными сиденьями… Почти что карета для маленькой принцессы.

Юлия Бачинская: «В прошлом декабре в гостях у Бачинского и Стиллавина в радиоэфире был мастер, который делал очень красивые вещи. И Гена втайне от меня заказал для Лизоньки санки ручной работы, чтобы подарить их ей на годик. Когда Гена погиб, ребята — Сережа Стиллавин и еще несколько наших приятелей — выкупили эти санки, но мне ничего не рассказывали, ждали Лизиного дня рождения, как хотел сам Гена. Ты не представляешь, какой это был для нас с Лизой сюрприз! Самый дорогой наш подарок! Получается, что папа тоже поздравил дочку с ее первым днем рождения! И такие красивые эти сани, прямо сказочные. Туда даже можно впрягать пони, Генка ведь мечтал Лизе пони подарить…»

А Лиза уже понимает, что это подарок от папы?

Юлия: «Конечно, я рассказала ей об этом. Гены нет с нами рядом, но это не значит, что у Лизы нет отца. Я постоянно ей рассказываю про него, показываю ей все его подарки, фотографии. Вот эту игрушку папа подарил, эту кроватку он сам собирал. Я очень хочу, чтобы Лиза понимала: у нее есть папа, и чтобы она знала, как он ее любил, как ждал. И — ты представляешь — она показывает его на фотографиях, узнает! Это чудо какое-то!»


ПОМОЩЬ ЗАЛА

Впервые я увидела Юлю Бачинскую 15 января 2008 года. Я тогда была среди сотен тех, кто пришел попрощаться с любимым радиоведущим в Дом журналиста на Никитском бульваре. И — удивительно — почти каждому Юля тогда пыталась сказать хоть пару слов («Ребята, не стесняйтесь, подойдите поближе, постойте, сколько вам нужно»). Я не нашла в себе сил тогда даже поднять глаза, чтобы посмотреть на нее и что-то ответить. Потом я видела ее по телевизору — после гибели Геннадия сразу несколько каналов сделали передачи о популярном ведущем. Там Юля тоже достойно держалась и даже старалась улыбаться. Правда, людям, воспитанным на сериалах, где вдов показывали в черных вуалях и истериках, Бачинская не понравилась: «слишком уж хорошо выглядит и много улыбается». С этой же самой улыбкой Юля встретила и меня перед интервью. Она вообще во время беседы много улыбалась — не натянуто, не дежурно, а искренне и тепло. Особенно когда вспоминала трогательные и забавные истории из их с Геной жизни. И только потом призналась: «Мне остается только улыбаться всем этим воспоминаниям. Чтоб не заплакать».

Юлия: «Очень много камней в свой огород я получила после одиозной передачи Малахова (через несколько дней после гибели Гены Бачинского Юля и Сергей Стиллавин стали героями программы „Пусть говорят“, посвященной памяти Геннадия. — Прим. авт.). Когда я собиралась туда идти, я, наверное, просто недооценила формат программы и ее аудиторию. Почему мы согласились участвовать в этой передаче, нормальным людям понятно: после смерти Гены все стали писать, что „шоумен“, возможно, был пьян или находился под действием наркотиков, в общем, много всякой грязи… А мы с Сергеем хотели рассказать, что Гена в первую очередь был не шоуменом, а глубоким, порядочным, верующим человеком, любящим мужем и отцом, верным другом… Алкоголь за рулем и наркотики как таковые для него были неприемлемы. Нормальные люди опять-таки понимают, почему я не билась в истерике, почему старалась держать себя в руках, но большинство, к сожалению, восприняли это негативно: „Еще девяти дней не прошло, а она улыбается“. Моя мама сидела в зрительном зале на этой передаче, и женщины рядом шипели: посмотрите, мол, а вдова-то и слезу волосами не утрет…»

Похожие высказывания, только в более агрессивном ключе, появились тогда и в Интернете…

Юлия: «Да… Но знаешь, я устала оправдываться. Я делала и делаю то, что считаю нужным. Вот и все. А зло, оно ведь всегда кричит сильнее. Погиб известный человек, и, разумеется, каждый в Интернете решил высказать свое мнение на этот счет. Да, было много грязи, но людей, которые писали доброе и хорошее про Гену и которые писали слова соболезнования мне, на самом деле оказалось значительно больше. Просто хорошее не так бросается в глаза, как плохое».

Эти добрые слова от совершенно незнакомых людей, они были уместны?

Юлия: «Конечно! Знаешь, в первые дни после гибели Гены мы были в храме, и вдруг у меня завибрировал в кармане телефон. Я вышла, ответила. Оказалось, что звонила девушка, которая через общих друзей узнала мой номер.

Выяснилось, что у нее два года назад тоже погиб муж и она осталась одна с маленьким ребенком. Она позвонила просто поддержать, сказать, что ей понятны мои чувства, что она тоже через все это проходила. Тот разговор меня хоть немного отрезвил. Я поняла, что жизнь после трагедии, она есть. Эта жизнь другая, не такая, как прежде, но она есть.
И я очень благодарна этой совершенно незнакомой девушке за помощь. Мне трудно понять процесс мироздания, но очень много молодых девушек остаются сейчас вдовами. Уходят лучшие мужья. Не потому, что так принято говорить, а потому, что они действительно лучшие".

Неужели кто-то еще из знакомых за это время потерял близких?

Юлия: «Слава богу, нет. Просто время от времени мне пишут совершенно незнакомые девушки, в семье которых случилось такое же горе. Спрашивают совета, рассказывают о своей жизни. В мае ко мне через Интернет обратилась девушка Оля, сказала, что у нее недавно погиб муж, она в 22 года осталась одна с маленькой дочкой. Она спросила: «Юля, как вы это переживаете? Я просто не могу…» Мы начали переписываться, подружились… Потом я ездила к ней в гости, познакомилась с Олей лично и с ее дочкой Светочкой, она мне рассказывала о своей жизни, я ей — о своей, поплакали вместе.

И знаешь, это удивительно, но я ушла от нее с таким светлым чувством на душе, мне действительно захотелось жить дальше".

А как повели себя друзья и знакомые после трагедии?

Юлия: «По-разному. На самом деле я очень неблагодарна людям, которые звонили и начинали рыдать в трубку: „За что же тебе это все?!“ Человеку, который пережил горе, слушать такие причитания очень тяжело. И спасибо тем, кто говорил простые банальные вещи, потому что это как раз и отвлекает от ситуации. Например, обычный вопрос „как дела?“ заставляет на секунду забыть о трагедии и вспомнить, а как же на самом деле у меня дела. Я начинала рассказывать, что я делаю, как Лиза кушает, как спит, что нового в ее жизни, и это хоть ненадолго, но отвлекало».

Заботы о Лизе, наверное, спасали от тоски и не давали впасть в глубокую депрессию?

Юлия: «Я верующий человек, и мыслей о суициде, у меня, конечно, не было. Было желание просто спрятаться от всех, сложить руки на груди и чтобы про меня забыли. Но Лиза позволила мне удержаться на плаву. Потому что ее детского режима никто не отменял: встали, сделали зарядку, поели, погуляли, поспали, снова поели — от этого нельзя было отстраниться, и это меня спасло».


ГЕНАФОНД

Первое сентября 2008 года. Понедельник, утро. Многие люди за рулем автомобилей улыбаются чаще обычного, кто-то смеется в голос, другие — удивленно вскидывают брови. Объединяет их одно — радио «Маяк», звучащее из автомагнитол, и… голос Гены Бачинского. Он, как обычно, искрометно шутит и безжалостно подкалывает своего коллегу Стиллавина.

Программа, правда, идет в записи. Чуть позже автолюбителей ждет еще один сюрприз: на оживленных перекрестках города молодые люди в белых футболках с именем ведущего вручают водителям ленточки со слоганом «Сохрани линию жизни, пристегнись». А вечером люди в белых футболках стекаются в клуб «PodМосковье». Сегодня там аншлаг. Юлия Бачинская, Сергей Стиллавин, группы «Полюса», «Механические пианины», поклонники шоу Бачинского и Стиллавина и просто близкие люди популярных ведущих собрались вместе. Повод — день рождения Гены: первого сентября ему исполнилось бы 37 лет. Многих удивляет платный вход на мероприятие. Но устроители быстро вносят ясность: собранные деньги пойдут в Фонд помощи жертвам автокатастроф имени Геннадия Бачинского, президентом которого является Юля. На ней в этот день тоже белая футболка.

Юлия: «После гибели Гены поклонники Бачинского и Стиллавина предлагали увековечить его память. И кто-то высказал мысль создать благотворительный фонд, помогающий людям, пострадавшим в автокатастрофах. Мы с Сережей Стиллавиным поддержали эту идею: Гена ведь сам занимался благотворительностью, мы вместе с ним собирали деньги и медикаменты для детишек-отказников, он сам, своими руками восстанавливал храм… В общем, эта идея нас с Сережей воодушевила, и уже у меня дома, на кухне, мы в компании близких друзей стали обсуждать создание фонда.

Тогда же родилось гениальное, на мой взгляд, название сайта — Генафонд. В общем, мы запустили оформление документов, и 3 июня фонд начал работу. Теперь я регулярно рассказываю о наших делах в гостях у Сережи Стиллавина на радио, публикую информацию о пострадавших на своей страничке в интернете, у нас, наконец, есть прекрасный сайт. В общем, пока что стараемся заявлять о себе как можем".

Уже есть какие-то результаты?

Юлия: «Сейчас мы работаем по двум направлениям. Первое — „помоги сейчас“, это помощь людям, пострадавшим в автокатастрофах. Второе — „сохрани линию жизни“ — пропаганда безопасности на дорогах. Именно в рамках этой программы прошла наша акция первого сентября — волонтеры на оживленных перекрестках Москвы раздавали водителям машин ленточки с надписью „Сохрани линию жизни, пристегнись“. Пострадавшим, обращающимся к нам за медицинской помощью, мы находим нужных специалистов. Например, мальчику, которому после аварии требовалась нейростимуляция мозга, чтобы восстановить зрение, фонд помог получить лечение. Мы не отказываем никому из тех людей, кто обращается в наш фонд. Быстрее всего стараемся помочь тем, кому требуется срочное лечение, детям и потом уже приходим на помощь всем остальным. Виновникам катастроф тоже не отказываем; правда, они у нас идут в последнюю очередь…»

Не боитесь недоверия со стороны людей? Многие воспринимают благотворительность как способ наживы.

Юлия: «Наша деятельность очень прозрачна. На сайте вывешиваются ежеквартальные отчеты: сколько денег потрачено, на что именно. Кроме того, мы отчитываемся за каждую потраченную копейку перед множеством проверок, которые приходят сверху».

А морально не тяжело пропускать через себя столько чужих бед?

Юлия: «Пропускать все это горе через свое сердце тяжело, конечно. Но, с другой стороны, именно в таких ситуациях понимаешь, что твои повседневные проблемы ничтожно малы по сравнению с тем, что переживают родные людей, которые в данный момент находятся между жизнью и смертью. Поэтому когда ты, глядя на этих людей, понимаешь, что можешь им помочь, это, наоборот, как-то воодушевляет. Мы ведь занимаемся еще и административной работой, когда необходимо, например, найти нужных врачей. Это не так просто сейчас, даже если есть деньги. Более того, иногда это и вовсе бесплатно, главное — выйти на конкретного специалиста. В советское время все было четко: реанимация, стационар, реабилитация в санатории. Сейчас эта схема не работает, поэтому мы занимаемся еще и такими вопросами.

А вообще фонд — это мое спасение. И я все душевные силы отдаю работе в нем. Мой ребенок и фонд — это теперь самое главное, что есть у меня жизни".


ПОД ПРЕССОМ ПРЕССЫ

Во время работы над этим текстом я не раз забивала в интернет-поисковиках фамилию Бачинский. И натыкалась на разное: провокационные высказывания блоггеров, смакующих подробности аварии 12 января, репортажи папарацци с нечеткими фотографиями заплаканного лица Юли… Гибель известного радиоведущего стала информационным поводом для любителей сплетен и информационным кошмаром для его близких.

После трагедии журналисты желтых изданий проходу тебе не давали. До сих пор достают?

Юлия: «Да, продолжают. Когда только погиб Гена, эти люди просто приехали к нам, вошли в дом и начали в лоб задавать вопросы. Из мужчин дома никого не было, а скандалить с ними я не хотела — это было бы им только на руку. Поэтому я ответила им как можно короче и попрощалась. А потом эта беседа, снятая скрытой камерой, появилась в Интернете. Сейчас они тоже звонят, представляются корреспондентами уважаемых изданий или телепередач, а сами выманивают на встречу, чтобы опять снять на скрытую камеру. Но мы уже поднабрались опыта: у меня определяются телефоны этих редакций и я не беру трубку, а у незнакомых журналистов спрашиваю контакты начальства, перезваниваю и разбираюсь, добросовестные ли это люди и чего на самом деле они хотят. Мне, собственно, бояться нечего, они пытаются раскопать какую-то желтизну, а у меня в жизни ничего подобного не происходит. Но у меня есть маленький ребенок, и я беспокоюсь за его безопасность. Потому что эти люди не только звонят, но и „садятся на хвост“ на дороге, например. И могут реально достать из-под земли. Я и не думала, что у нас желтая пресса настолько поднялась».

Это непривычно для тебя? Гена ведь был публичным человеком и тоже наверняка находился под прицелом камер.

Юлия: «На самом деле, несмотря на то, что Бачинский и Стиллавин были провокационным дуэтом, в прессе Гена появлялся нечасто, на тусовки мы тоже редко выбирались и в светской хронике не светились. Поэтому настоящее внимание со стороны СМИ я почувствовала только после его гибели. И для меня все это было непривычно, очень больно и неприятно. Особенно когда откровенную грязную ложь писали: Юлия Бачинская, мол, уезжает в Америку. Мне знакомые тогда звонили, и даже Сережа Стиллавин спрашивал: „Юля, ну куда же ты уезжаешь, зачем?“ Так что сила печатного слова, она велика, и многие готовы верить тому, что пишут в газетах».

Не чувствуешь себя героем затянувшегося реалити-шоу?

Юлия: «Я в жизни часто сталкивалась с узнаваемыми людьми, еще до встречи с Геной работала администратором одного известного телеведущего и всегда спокойно, даже прохладно относилась к самому понятию «популярность». Поэтому когда мы с Геной собирались пожениться, я даже не хотела брать его фамилию, чтобы избежать вечных вопросов: «Вы жена того самого Бачинского?»

А Генка мне сказал тогда: «А ты разве будешь этого стесняться?» И я поняла, что нет, конечно. И сейчас очень рада, что я Бачинская, это моя родная фамилия теперь. Единственное смущает, что меня лично стали узнавать. Иногда даже просят автограф, например, подписать книжку «Кривой эфир» Бачинского и Стиллавина просили. Конечно, я не кокетничаю, не спрашиваю: «Откуда вы меня знаете?» Понятно, что это все благодаря Гене, и эта любовь людей ко мне — тоже. Потому что хороших людей на самом деле больше, чем плохих: была грязь, зависть, ревность, но вместе с этим столько добра и любви я получила именно потому, что у меня был такой замечательный муж, как Генка. Он своим светом согревал столько людей, и этот свет сейчас направлен на меня. Люди как бы отдают дань Гене за то тепло и ту радость, которые он им когда-то дарил. Такие пожелания мне пишут, столько добрых слов говорят про Лизоньку, про Гену, что слезы на глаза наворачиваются".

После гибели Гены поклонники писали на форум Стиллавину, чтобы он взял в соведущие тебя. Не было таких предложений?

Юлия: «Сережа мне в свое время говорил: „Единственная женщина, с которой я бы мог вести эфир, — это ты“. Я очень благодарна ему за это доверие, но, на мой взгляд, лучше оставить мою радиодеятельность на том этапе, что я прихожу иногда в радиоэфир и рассказываю о фонде. Это все-таки для меня сейчас самое главное в жизни».


МЕХОВАЯ ЛИЗА

У Гены и Юли Бачинских была чудесная история любви. Во время чемпионата мира по футболу в 2004 году БачиСтиллам нужен был разбирающийся в этом виде спорта гость. Благодаря одному из общих знакомых таким гостем стала Юля. Гена Бачинский потом рассказывал, что он сразу понял: это его будущая жена.

А вот Юля еще долго избегала ухаживаний известного ведущего: боялась, что она может стать его очередным увлечением. Геннадий же был непреклонен: охапки цветов, неожиданные сюрпризы, подкарауливание Юлиной мамы во дворе дома, чтобы попросить руки любимой дочери… Бачинский не хотел, как он выражался, «полуфабриката в отношениях» и настойчиво предлагал Юле выйти за него замуж. И Юля растаяла. А через полтора года после свадьбы влюбленные специально поехали в Альпы дышать горным воздухом и оздоравливаться, чтобы привезти оттуда маленького Бачинского. Точнее, Бачинскую…

Юлия: «Когда Лиза родилась, у нее был по всему телу такой детский пушок, мы с Генкой звали ее „меховая Лиза“. Гена, он вообще был очень нежным, заботливым папой. Несмотря на свои ранние подъемы на утренние эфиры, он всегда вставал к Лизоньке ночью. У нас было даже такое понятие — „папина водичка“: деткам ведь надо давать водичку, так вот, Лиза пила, только если бутылочку давал папа».

Лиза очень похожа на Гену…

Юлия: «Да, у нее много папиного. Дочка сейчас начала ходить, и я понимаю, что у нее абсолютно Генкина походка.

Гена… он никогда не суетился, в его жизни не было спешки, он никогда никуда не опаздывал, и ходил он, как будто плыл, такой величественной походкой, размеренным шагом. И вот у Лизки тоже походка такая размеренная. А еще его взгляд. Люди, которые Гену знали, они все это отмечают — у него были такие веселые огоньки в глазах. У Лизоньки во взгляде эта же добрая хитринка, как и у него".

Когда Лиза подрастет, что ты будешь рассказывать ей про папу?

Юлия: «Я ей расскажу, как мы ездили в Альпы специально за ней, дышать горным воздухом, чтобы там зачать ребеночка. И как мы ее ждали, и как папа с животиком разговаривал, и как он присутствовал при ее рождении, и как выбирали имя. А еще — как он хранил мой первый положительный тест на беременность: Гена все собирал в специальную коробочку, там и ручки хранились, которыми мы заявления в загс писали, и фотографии УЗИ. Он присутствовал на всех УЗИ и записывал на видео, как Лиза там, маленькая еще, в животе шевелится. Представляешь, она это когда-нибудь увидит потом!»


ЭПИЛОГ

«Юлечка, всего самого хорошего вам и вашей доченьке, Гена вас не оставил, он всегда будет вести вас по жизни и согревать своим светом». Такие сообщения можно встретить на страничке Юлии Бачинской на «Одноклассниках». Люди до сих пор заходят узнать, как у нее дела, и поддержать добрыми словами.

Юлия: «На самом деле приятно, что люди помнят и любят Гену. Он действительно излучал тепло и всех вокруг согревал. И — многие знакомые это отмечали, и Сережа Стиллавин об этом тоже говорил — у него были такие большие руки, огромные ладони и длинные пальцы, и он мог ими в прямом и в переносном смысле закрыть, защитить от обид и горестей. И когда Гены не стало, мы почувствовали себя раздетыми, буквально осиротевшими детьми… Мне очень не хватает этих его рук».

Прошел год… Поговорку «время лечит» можешь применить к себе?

Юлия: «Нет, время не лечит. Боль просто трансформируется. Я как любила Гену, так и продолжаю его любить. Наша любовь никуда не уходит, он по-прежнему мой муж, я ношу обручальное кольцо, я замужем… Я не могу теперь вообще музыку слушать, например. Для меня почти вся музыка отошла на какой-то далекий-далекий план, потому что Гена — это музыка. Он был очень музыкальный человек, можно было про любую песню спросить, что это за вещь, — и он так погружался на минуту, а потом выдавал название и исполнителя…

Знаешь, я пыталась искать какие-то знаки от него, ждала чего-то, постоянно спрашивала: «Гена, ведь все говорят, что ты будешь моим ангелом, что будешь со мной по жизни, ну где же ты?!» Но потом осознала: когда боль на время отступает, меня накрывает такая волна тепла! И вот это тепло, эта любовь, которую я продолжаю чувствовать, это и есть он. Это не мистика, не колдушки, я не разговариваю с духами. Просто его тепло и свет — они во мне остались".